Вы здесь

Выступление начальника Департамента по надзору за законностью досудебной стадии уголовного процесса Генеральной прокуратуры Тлеу Жангарашева на заседании коллегии Генеральной прокуратуры (Астана, 24 апреля 2014г.)

Версия для печатиВерсия для печатиPDFPDF

скачать слайды

Принципиально новое уголовное судопроизводство требует готовности к этому всей правоохранительной системы. Поэтому первоочередной задачей является подготовка основы для перехода к работе в новых условиях. Создавая эту основу, правоохранительные органы совместно проделали серьезную работу.

С 2009 года регистрация преступлений возросла в 3 раза (с 121667 до 359844). Оперативность принятия решений в 3-суточный срок по заявлениям выросла в 2 раза- с 46 процентов до 93. Для требований нового УПК это архиважно.

Количество укрытых преступлений снизилось в 4 раза (с 6666 в 2011 году до 1712 в 2013 году).

Количество отмен прокурорами отказных материалов с возбуждением уголовного дела снизилось с 9 тысяч до 1,4 тыс., а с направлением на дополнительную проверку - с 80 тыс. сведено до нуля.

Было много споров по этому поводу, говорили, что стадия возбуждения даст «крен», с которого невозможно будет подняться. Однако нам удалось навести порядок в этом вопросе.          

В целом, построен фундамент из достоверной статистической информации, на основе которой необходимо переходить к совершенно новому качественному уровню.

Хотел бы акцентировать внимание на тех вопросах, которые необходимо решать уже сегодня.

 

Новым УПК кардинально изменена первоначальная стадия уголовного процесса, досудебное производство по которому, начинается с момента регистрации заявления в Едином реестре досудебных расследований.

Учитывая ежегодную 2-миллионную регистрацию заявлений, сотрудники органов из всей этой массы информации  должны четко определять, подлежит ли сообщение регистрации в Едином реестре.

От того, насколько полно, подробно гражданин сообщит об обстоятельствах преступления, во многом зависти принятие решения - начинать по нему досудебное расследование или нет.

Однако заявления сегодня в полицию пишут как угодно, например: «прошу принять меры», «оказать содействие в поиске», или просто «установите мое имущество». Объем информации тоже разный.

Не отвечает сегодняшним требованиям приказ МВД (от 17.09.2013 года   об утверждении Правил организации деятельности ЦОУ Департамента оперативного планирования МВД, ДВД городов Астаны и Алматы, управлений внутренних дел городов, дежурных частей ОВД), которым установлен единый образец заявления, состоящем всего из четырёх строчек с минимальным отражением сведений.

Все это порождает дополнительные вызова граждан и создает негативный настрой у людей и волокиту при принятии решений.

 

Здесь следует обратить внимание, в стране за год за отсутствием события преступления отказывается  в возбуждении уголовных дел  по 194 тысячам заявлений, следовательно, официальное предупреждение граждан об уголовной ответственности за заведомо ложный донос  не на должном уровне.

 В отдельных случаях заявителей вовсе не предупреждают об уголовной ответственности.

В связи с этим, необходимо установить единый формат заявления с четкой его формой и структурой.

***

Имеются вопросы в оперативности принятия решений.

Так, 15 марта этого года в УВД Костаная обратился Фокин по факту открытого хищения его имущества, то есть по банальному грабежу.

Следователь должен был незамедлительно возбудить уголовное дело, однако  срок проверки им явно необоснованно продлен до 10  суток (и только потом возбуждено дело).

Проецируя этот факт на новый УПК, следователю потребовалось бы 10 дней, чтобы определить необходимость начала досудебного производства. Доказательства в течение первых важных 10 дней не собирались бы.

Аналогичным образом допускается волокита и в органах финансовой полиции.

Материал проверки, зарегистрированный в январе 2014 года финполицией Акмолинской области по факту сбыта поддельных банкнот, только на пятидесятые сутки направлен по подследственности в Департамент Алматинской области, которым был возвращен обратно. 

Такое «отфутболивание» материалов выявляется повсеместно, а ведь уже скоро в данной ситуации будет вестись речь о делах досудебного расследования.

Эти вопросы очень важны, так как по новому УПК до регистрации в Едином реестре никаких процессуальных действий с участниками процесса не будет, и их не должно быть, кроме установления самого факта (события), указанного в заявлении.   

В новых условиях, чтобы принять решение о регистрации заявления в Едином реестре и начать досудебное расследование у следователя будет не более суток, что требует от правоохранительных органов определить четкий регламент действий по заявлениям, с закреплением их в нормативном акте Генерального Прокурора.

Сегодня мы принимаем решения в 3-суточный срок, а необходимо обеспечить суточный, в идеале решение должно приниматься незамедлительно.  

 

В ходе прокурорского надзора установлены факты проведения первоначальных мероприятий по незарегистрированным в КУЗИ материалам.

Например, 26 января этого года в районное УВД Астаны обратился Ибраев по факту хищения  сотового телефона.

В этот же день  следователем возбуждено уголовное дело по краже и начато расследование, при этом само заявление в КУЗИ было зарегистрировано только на следующий день.

Это серьезные процессуальные нарушения, неприемлемые для нового УПК.

Отчасти это происходит ввиду отсутствия надлежащей организации работы дежурной части районного УВД, сотрудниками которого КУЗИ используется в качестве разносной книги при передаче материалов по подразделениям.

Необходимо ускорить переход только на электронный КУЗИ (значительная экономия времени сотрудников дежурной части; моментальная регистрация в КУЗИ заявлений, поступающих по телефону 102).    

Отсутствует единая практика дачи поручений следователям и дознавателям по поступившим заявлениям граждан. Здесь мы видим серьезную проблему. Поручение путем наложения визы на заявлении дается одному сотруднику, а решение принимает иной.

К примеру, в УВД района Алматы города Астаны с подозрением о совершении кражи доставлен Сайфуллин.

Визой начальника УВД рассмотрение материала поручено зам начальнику, который, в свою очередь, отписал оперуполномоченному, при этом, процессуальное решение (отказано по ст.37 ч.1 п.2 УПК) принято совсем другим сотрудником. В материалах не прослеживается, когда, как и кем последнему было поручено провести проверку и принять решение.

В отдельных случаях такие поручения вообще не даются.

Все это порождает безответственность сотрудников, волокиту, многочисленные жалобы участников процесса, и, как правило, нарушения их прав.

По новому УПК это будет существенное нарушение досудебного расследования, со всеми вытекающими последствиями.

 

Несмотря на нормативное Указание Генерального Прокурора от 15 августа 2013 года, процессуальные решения в ряде случаев принимаются не уполномоченными УПК должностными лицами (участковыми инспекторами, оперуполномоченными и так далее).  

К примеру, в ноябре прошлого года в ДВД Акмолинской области поступило сообщение по факту скандала в квартире.

По прибытию наряда полиции потерпевшая  обратилась с заявлением об её изнасиловании хозяином квартиры и его другом.

Несмотря на это, следственно-оперативная группа на место происшествия не выезжала, осмотр не проводился, процессуальное решение об отказе принял участковый инспектор полиции по факту хулиганства, а факт изнасилования упустил.

Данные показывают, что участковыми, оперуполномоченными и инспекторами по делам несовершеннолетних решения принимаются по каждому второму материалу (47%), то же самое можно сказать об инспекторах финполиции (42%).

Необходимо срочно привести штатную численность следователей и дознавателей с учетом существующих потребностей.  

За прошлый год процессуальные решения приняты по 1  миллиону 158 тыс. заявлений (из них по 352 тыс. возбуждены уголовные дела, по 666 тыс. отказано в возбуждении, 140 тыс. направлено по подследственности, подсудности).

При простом расчете выходит 21 материал на одного следователя и дознавателя в месяц. 

Необходимо пересмотреть нормативы нагрузки - действующие 30-40 дел в год (на следователя, дознавателя) не отражают существующие реалии.

При расчете также следует обратить внимание, что после принятия УПК оперативно-розыскные мероприятия будут переведены в разряд негласных следственных действий

За прошлый год по делам оперативного учета дано 43 тысячи санкций на проведение спецмероприятий в отношении 13 тысяч лиц.

Вывод из сказанного по этому блоку - нам нужны процессуалисты.

Эти вопросы подробно обсуждались в составе межведомственной рабочей группы, но действенных мер не принимается.

 

В ходе проверок обозначено отсутствие какой-либо нормативно утвержденной специализации следователей при выезде на осмотр места происшествия, что в значительной степени влияет на качество проведения первоначальных действий.

Следователи, специализирующиеся на грабежах и разбоях, выезжают на сообщения об изнасиловании и причинении телесных повреждений, и наоборот.  

Более того, не учитывается и специфика преступности.

К примеру, по УВД района Алматы города Астаны 60% преступлений составляют кражи, несмотря на это, из 55 следователей  только 9 специализируются на них (16%).

В итоге, отсутствие компетентных первоначальных действий, привело к тому, что ежегодно по стране из 3 дел  два остаются нераскрытыми (в 2013 году 237243 из 386710).

***

 

Ни в одном приказе МВД и финансовой полиции не прописана градация вертикальной подследственности между центром, областью и районом.

Сегодня практика показывает, что вышестоящий орган любое дело, на любой стадии и по любым основаниям, а порой и без оснований, может забрать себе. УПК это позволяет.

Как следствие, отсутствует градация выезда следственно-оперативных групп между областными и районными уровнями.

За этот квартал двумя группами ДВД города Алматы осуществлено 96 выездов, из которых в 90% процентах случаях совместно с районными УВД.

Такая практика распространена.

Вопрос, какая необходимость отрабатывать место происшествия двумя группами? От количества сотрудников качество осмотра не улучшится.

В ДВД города Астана таким образом якобы обучают молодых сотрудников.            

На живых людях и примерах не надо экспериментировать, можно много дров наломать, примеров предостаточно.

Две недели назад (07.04.2014 г.) в Астане на убийство Смаилова выехало две группы, городская и районная.

Следователь ДВД проводил осмотр трупа, а районный – помещение квартиры.

Кто и кому дал поручение проводить осмотр, ни в одном процессуальном документе это не отражено. Каким образом два протокола между собой связаны, и кто конкретно из следователей руководил работой групп, также процессуально не закреплено.

Все хорошо понимают последствия, если один из протоколов осмотра суд признает незаконным.

 

Чаще всего осмотры места происшествия в составе СОГ проводят одни следователи, а расследуют дела другие.

Штатный состав должен быть изначально эффективно распределён таким образом, чтобы следователь, проводивший осмотр места происшествия, ставил точку в этом деле.

Персональная ответственность одна из составляющих качества расследования. 

***

Несмотря на критику, отсутствует целенаправленная работа по расширению сферы применения информационных систем.   

К примеру, только 60 процентов сотрудников (следственно-оперативный состав) районных звеньев ДВД столицы имеют в наличии компьютеры (из них у 70% установлены базы и системы).

При этом необходимо отметить, что Единый реестр будет вестись исключительно на информационно-технологической платформе.

В целом, насколько информатизированы подразделения и обучен личный состав, будет зависеть качество и эффективность работы всего ведомства.

К примеру, 10 января этого года по заявлению Ишанжановой о клевете (ст.129 УК), участковым инспектором районного УВД города Астана отказано в возбуждении дела за отсутствием состава, несмотря на то, что жалоба в порядке частного обвинения подлежала направлению в суд без проведения какой-либо проверки.

Всего, такой «медвежьей услугой» сотрудниками полиции в прошлом году ограничено право обращения в суд 80 тысяч граждан (в порядке частного обвинения), в этом - свыше 10 тысяч.

Таким образом, в МВД нарушили права многих граждан и сами себе создали ненужную значительную нагрузку, что можно было избежать при качественном ведомственном контроле и эффективной аналитической работе центрального аппарата.     

 

Таким образом, небольшая недоработка в одном конкретном случае может быть незаметна, но если брать в целом – это очень большой пласт нарушений, который и формирует уровень доверия граждан.

Сегодня, согласно данным портала Комитета правовой статистики, не довольны работой полиции 80% заявителей (высказали мнение свыше 3 тысяч граждан (3179), из которых 80% остались недовольны работой полиции (2547), удовлетворены работой лишь 9% лиц (279) и 11% – воздержались (353).

Количество жалоб на действия правоохранительных органов возросло на 13% (с 64 до 67 тысяч за 1 квартал 2014 года), на 60% (с 1 тыс. до 1,7 тыс.) увеличилось число удовлетворенных.

Это есть самый чувствительный индикатор, который дает, несомненно, объективную оценку, и её нельзя «подрихтовать» и «замылить».

Прогресс достигается, когда имеет место переход «от подхода, ориентированного на контроль, к подходу, ориентированному на обслуживание».

Без диалога с общественностью, полиция будет навязывать свои услуги, а не служить с вниманием к нуждам общества.

Так как полиция не может предполагать, что она всегда действует с согласия граждан, она должна постоянно работать над тем, чтобы общественность поддерживала её деятельность. 

Как Вы отмечали, Асхат Кайзуллаевич, в развитых странах 70 процентов преступлений раскрываются во взаимодействии с гражданами.

К этому мы должны стремиться, повышая уровень доверия.  

А с таким букетом проблем, которые озвучены, Единый реестр «даст сбой» в первый месяц его функционирования.

Что нам предстоит сделать.

Первое. Мы разработали с учетом международного опыта проект единого образца заявления с четкой его формой и структурой, который   находится на согласовании с правоохранительными органами.

Второе. Совместно с органами мы разработали проект единого формата мотивированного поручения начальника следственного отдела или начальника органа дознания следователю и дознавателю о производстве расследования.

Третье. Максимально совместить сведения электронных карточек ЦОУ со сведениями электронного КУЗИ, которые должны содержать все необходимые данные из единого заявления о преступлении.

Предусмотреть обязанность операторов сто два Центров оперативного управления предупреждать об уголовной ответственности за заведомо ложный донос (по статье 351 УК) абонентов, обратившихся с сообщением о преступлении.

Четвертое. Обеспечить максимальную информатизацию правоохранительных органов, с широким использованием полного спектра правовых баз данных.

В целях обеспечения работы Единого реестра (в т.ч. повышения качества составления процессуальных документов, начиная с осмотра места происшествия) необходимо оснастить дежурные СОГи ноутбуками, планшетами и иной оргтехникой для работы, так сказать, в  «полевых условиях», закачав все информационные базы, методики и шаблоны документов.

Это будет и плавный переход к проекту электронного уголовного дела.

 Пятое. Определить четкую специализацию следственно-оперативного состава правоохранительных органов по конкретным видам преступлений с учетом преобладающего их вида.

Нужно уже сейчас готовить специалистов по кражам, грабежам и мошенничествам – это 80% преступлений.  

Шестое. Необходимо установить иерархию вертикальной подследственности в каждом органе уголовного преследования по принципу «Центр-Область-Район».

Чем меньше неопределенности в этом вопросе, тем больше порядка в уголовном процессе. Наше виденье в материалах коллегии имеется.

(1. Район должен расследовать все дела небольшой и средней тяжести, а также очевидные тяжкие (порядка 314 тысяч преступлений по ОВД).

2. Область - межрайонные преступления, совершенные в 2-х и более районах, все дела о неочевидных тяжких преступлениях и очевидные особо тяжкие (порядка 31 тысячи преступлений).

3. Центр – межрегиональные преступления, совершенные на территории 2-х и более областей страны,  неочевидные особо тяжкие преступления (порядка 2400 преступлений) (ОПГ, бандитизм, заказные убийства, международный наркотрафик и торговля людьми, и в отношении определенной категории лиц.)

Седьмое. Принять меры к укреплению кадрового состава и снижению текучести кадров.

Обращаю Ваше внимание, в Астане стаж работы свыше одного года не только в должности, а в целом, имеют только 30% следственно-оперативного состава, то есть 70% это ребята со студенческой скамьи (УВД районов).

Органам уголовного преследования необходимо увеличить штат, именно, процессуалистов.

И самое главное. Выработать основные критерии функционирования Единого реестра досудебных расследований.

В этом вопросе мы должны принять единственно верное решение, чтобы обеспечить и защиту прав людей, и эффективную работу органов.

Архитектура Единого реестра будет построена на действующем электронном КУЗИ. Регистрация заявления в Едином реестре означает сегодняшнюю фазу возбуждения уголовного дела, и решение должно приниматься незамедлительно (в течение 24 часов), вместо существующего сегодня коридора от трех суток до двух месяцев.

Нормативным актом Генерального Прокурора будет четко определён перечень должностных лиц, наделенных правом внесения заявления в Единый реестр.

 

Такова  перспектива видения Единого реестра и те основные проблемы, которые необходимо решить в ближайшее время.

 

Теги: 

Комментарии

Добавить комментарий

Размер шрифта
Обычный размер
Большой размер
Огромный размер
Цвета сайта
Черным по белому
Белым по черному
Темно-синим по голубому
Изображения
Включить/выключить изображения
Настройки
Настройки
Обычная версия
Обычная версия
Орфографическая ошибка в тексте:
Чтобы сообщить об ошибке автору, нажмите кнопку "Отправить сообщение об ошибке". Вы также можете отправить свой комментарий.